Печат

Белорусский бизнесмен в 40 лет сел за мольберт и за роман

Автор „Русия днес“. Публикувана в Профессия

По журналистской профессии Александр Дедок работал пять лет. Сначала в Восточной Сибири, куда попал благодаря тяге к путешествиям: в 1986-м перевелся на заочку минского журфака и оказался в райгазете „Маяк коммунизма“.

- Писал много, за полгода стал завотделом экономики. Но оставаться в Сибири не планировал — через два года вернулся в Беларусь. Работал редактором на областном радио в Бресте, а с 1989-года — в районке на Витебщине. В том городке работала жена, был шанс быстро получить квартиру. Но тут я постепенно охладел к профессии журналиста…

Потом Дедок строил бизнес в Минске и Москве 1990-​х. „Интересное и противоречивое время“, — говорит он. А в 1998-м Александр бросил все и уехал в Прагу.

- В ту пору мне было 35 лет, десять из которых, я покупал вещи дешевле и продавал дороже. Мне было тесно в этих рамках, даже унизительно. Хотя на то время я был довольно состоятельным человеком, купил квартиру в Минске. У меня было двое детей, которых я очень любил. Но в буквальном смысле что-то позвало в дорогу, захотелось начать жизнь с нуля, а главное — не делать ошибок, которые я совершил дома.

Учиться на художника пошел в 40 лет

Александр не сразу нашел сферу, в которой можно найти себя за границей, интегрироваться в новое общество. Была даже идея открыть автомастерскую, хоть таких умений у Дедка не было, а еще податься дальше на Запад, например во Францию. Но новые друзья отговорили.

- В Праге я оказался в среде художников и музыкантов. Как-то выяснилось, что у меня есть некоторые способности в этих сферах, а в рисовании — довольно выражен-

ные. Вот за эту соломинку я и ухватился. Она сделала мою жизнь здесь и интересной и успешной. Александр рассказывает, как с одним из новых друзей решил попробовать себя на пражском арт-рынке, нацеленном на туристов. Приятель убеждал, что они покупают что угодно. 

- Картину „Чечня в огне“ купили быстро. Не из-за мастерства — просто правильно выбрана тема — люди сочувствовали этим кровавым со-

бытиям. Они думали, что я ветеран, сильно нуждаюсь. А вот вторая работа, птичка на ветке, не продалась.

Тогда Александр решил развиваться и в 40 лет окончил платные курсы фигурального рисования в местной Академии искусств. А потом Александр Дедок выдержал экзамен на мастерство, который дает право рисовать на Карловом мосту.

Так наш земляк влился в интернациональное содружество художников Карлова моста. Тут есть люди из Болгарии, Венгрии, Сербии, Словакии, России и конкретно из Дагестана, Перу, Украины и Беларуси.

- Из портретистов белорус только я. Есть еще один земляк, который пишет картины. Дискриминации по национальному признаку на Карловом мосту нет. Да и в принципе за годы жизни в Чехии я такое испытывал разве что в магазинах, когда отдельные продавцы пытаются унизить, чуть заслышав акцент.

Правда, признается Александр, он не рисует портретов уже лет десять.

- Зарабатываю карикатурами. Хотя жанр портрета мне по-прежнему близок, рисую я их помногу и каждый день, но не на Карловом мосту и не за деньги. Могу себе это позволить — желающих получить карикатуру достаточно.

Когда уйду с моста, тогда и вернусь на родину“

Карлов мост вдохновил Александра и на написание романа:

- Я с детства дружу с юмором. У меня он чеховский, с подтекстами. Чехов — мой любимый писатель. Байки не пишу, все на реальной основе. Мои герои выдуманные, их прототипов на Карловом мосту нет. Но есть и реальные герои, списанные с натуры. Я в повествовании тоже прохожу как лирический герой. О себе напрямую, документально, у меня текстов нет. Так что повествую от имени художника, на месте которого мог бы оказаться, но не оказался. Но почитайте внимательно — это о нашей жизни и о вашей в том числе. У каждого из нас свой Карлов мост. Таким был первый посыл, чтобы написать роман. Ничего и начинал бы, не предполагая подобных глобальных обобщений.

Александр замечает тем не менее, что все образы — типичны для Праги. Сам дух этих текстов исключительно пражский. — Это доброта, тепло, ирония, иногда сарказм, но никогда нет срыва на крик, на нечто душераздирающее. И каждый день на Карловом мосту рождает новый сюжет. Жалко его не записать! Вот, когда уйду с моста, тогда и поставлю точку, вернусь на родину. Думаю, еще пару лет. Может, к тому времени уже будет пару томов! Текстов уже примерно на 300 страниц книжного формата, а может, и больше!

Правда, дойдет ли дело до книги, Александр не уверен.

- Сборник текстов под общим названием „Карлов мост“ сейчас печатается в интернет-журнале „Финбан“ под редакцией Александра Бабушкина. А на белорусский язык рассказы переводит Игорь Адамович. Правда, все держится на энтузиазме переводчика и надежде, что издательства заинтересуются „Карловым мостом“ на белорусском. 

Спрашиваем, чего не будет хватать художнику из пражской жизни, когда вернется в Беларусь.

- Пива! Я уже думал об этом. За эти годы стал гурманом. А в остальном последнее время я только рисую и пишу. Все это можно делать и на родине. Например, какой-нибудь пражский мотив можно нарисовать где угодно, хоть на Бали, а продать в Праге. Так делают некоторые художники. Почему бы и мне не перенять этот опыт?

(Комсомольская правда-Беларусь, с сокращениями)